Главная Поиск Карта сайта
Поиск по сайту
Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?
Легализация
petition.jpg

Образец жалобы в Конституционный суд на полномочия ФСКН

Страницы: 1
[ Закрыто ] Образец жалобы в Конституционный суд на полномочия ФСКН
 
Конституционный Суд Российской Федерации


Адрес: 190000, г. Санкт-Петербург, Сенатская пл.,1


Заявитель: Смирнова Валентина Михайловна


Адрес: ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ


 
Оспариваемые акты: 1. Пункт 9 статьи 13 Федерального закона от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", в соответствии с которым на территории Российской Федерации право осуществлять оперативно-розыскную деятельность предоставляется оперативным подразделениям органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ.
2. Пункт 1 части 1 статьи 40 "Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ, в соответствии с которым к органам дознания относятся органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, в том числе территориальные и входящие в их структуру межрайонные, городские (районные) органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ.
3. Пункт 5 части 2 статьи 151 "Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ, в соответствии с которым предварительное следствие производится следователями органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ - по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 226.1 (в части, касающейся контрабанды сильнодействующих или ядовитых веществ), 228 частями второй и третьей, 228.1, 228.4, 229, 229.1, 230 частями второй и третьей, 231 частью второй, 232 частями второй и третьей, 234 частями второй и третьей Уголовного кодекса Российской Федерации.
4. Пункт 8 части 3 статьи 151 "Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ, в соответствии с которым дознание производится дознавателями (следователями) органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ - по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 228 частью первой, 228.2, 228.3, 230 частью первой, 231 частью первой, 232 частью первой, 233, 234 частями первой и четвертой и 327 частями первой и третьей Уголовного кодекса Российской Федерации.


Опубликованы в изданиях:
Федеральный закон от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности":
Первоначальный текст документа опубликован в изданиях
"Собрание законодательства РФ", 14.08.1995, N 33, ст. 3349,
"Российская газета", N 160, 18.08.1995.


"Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ:
Первоначальный текст документа опубликован в изданиях
"Парламентская газета", N 241-242, 22.12.2001,
"Российская газета", N 249, 22.12.2001,
"Собрание законодательства РФ", 24.12.2001, N 52 (ч. I), ст. 4921,
"Ведомости Федерального Собрания РФ", 01.01.2002, N 1, ст. 1.


 


Орган, принявший оспариваемые акты:


Государственная Дума Федерального Собрания РФ
г. Москва, Охотный ряд, 1




Ж А Л О Б А


о признании пункта 9 статьи 13 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", а также пункта 1 части 1 статьи 40, пункта 5 части 2 и пункта 8 части 3 статьи 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации
не соответствующими Конституции Российской Федерации






ВВОДНАЯ ЧАСТЬ


1. Приговором Нальчикского городского суда КБР от 24 августа 2012 г. я, Смирнова Валентина Михайловна, 9 октября 1953 года рождения, гражданка Российской Федерации, с высшим образованием, замужняя, пенсионерка, не военнообязанная, не судимая, была осуждена по ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, по ч. 1 ст. 30 п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к двум годам 6 месяцам лишения свободы. В соответствии с ч. 2 статьи 69 УК РФ окончательно назначено к отбытию 2 года 6 месяцев лишения свободы в ИК общего режима.
Назначенное мне наказание отбыла в полной мере.
Виновной себя не признавала и не признаю. Реализую свое конституционное право на защиту от имевшего место произвола органов государственной власти и их должностных лиц прямо гарантируемыми мне конституцией способами, не запрещенными законом.
Как вытекает из моего уголовного дела, преследование моей личности было начато по рапорту оперуполномоченного УФСКН РФ по Кабардино-Балкарской республике, а возбужденное уголовное дело находилось в досудебном производстве Следственного отдела этого же Управления. Из материалов уголовного дела следует, что в отношении моей личности и принадлежащего мне имущества, включая жилище, органами ФСКН России осуществлялись оперативно-розыскные мероприятия, а затем - следственные действия, предусмотренные УПК РФ.
Считаю, что уголовное преследование моей личности осуществлялось незаконно заведомо неправомочным органом уголовного преследования (ФСКН России), и потому имеет место наличие неопределенности в том, соответствуют ли предусмотренные примененные в моем деле нормы федеральных законов Конституции Российской Федерации, что послужило основанием для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации.
ОБОСНОВАНИЕ НЕКОНСТИТУЦИОННОСТИ ОБЖАЛУЕМЫХ НОРМ
Согласно Конституции Российской Федерации Российская Федерация - Россия есть демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления (ч. 1 статьи 1), никто не может присваивать власть в Российской Федерации. Захват власти или присвоение властных полномочий преследуются по федеральному закону (ч. 4 статьи 3), Конституция Российской Федерации и федеральные законы имеют верховенство на всей территории Российской Федерации (ч. 2 статьи 4), государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны (статья 10), государственную власть в Российской Федерации осуществляют Президент Российской Федерации, Федеральное Собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство Российской Федерации, суды Российской Федерации (ч. 1 статьи 11), Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора (ч.ч. 1, 2 и 4 статьи 15), никакие другие положения настоящей Конституции не могут противоречить основам конституционного строя Российской Федерации (ч. 2 статьи 16), в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией (ч. 1 статьи 17), права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18), достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления (ч. 1 статьи 21), каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность (ч. 1 статьи 22), каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения (ч.ч. 1 и 2 статьи 23), жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения (статья 25), каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться (ч. 1 статьи 27), каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности ч. 1 статьи 34), государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется (ч. 1 статьи 45), каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (ч.ч. 1 и 2 статьи 46), права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 статьи 55), не подлежат ограничению права и свободы, предусмотренные статьями 20, 21, 23 (часть 1), 24, 28, 34 (часть 1), 40 (часть 1), 46 - 54 Конституции Российской Федерации (ч. 3 статьи 56).
Между тем законодатель, наделив органы ФСКН России обжалуемыми полномочиями, нарушил мои приведенные выше конституционные права.
В имевших место уголовно-правовых отношениях, закончившихся вынесением обвинительного приговора, фундаментальными, на мой взгляд, должны рассматриваться конституционные законоположения, предусмотренные частью 2 статьи 15 Основ конституционного строя Российской Федерации и частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, согласно которым Органы государственной власти, должностные лица, граждане обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы, а права и свободы граждан могут быть ограничены в конституционно значимых целях только федеральным законом.
При этом под законами в имеющих место правоотношениях и в целях настоящей жалобы мною понимаются Основной закон государства - Конституция Российской Федерации и основанные на ней федеральные и федеральные Конституционные законы Российской Федерации. Часть таких законов являются отраслевыми (как обжалуемый федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности»), часть - кодифицированными актами, то есть обжалуемым кодексом УПК РФ.
Установленная в части 2 статьи 15 конституции всеобщая обязанность соблюдать
конституцию и законы - одна из предпосылок формирования в России правового
государства. В моем понимании она заключается в том, что перечисленные субъекты должны:
 
во-первых, выполнять веления Конституции и законов; во-вторых, не нарушать содержащихся
в них запретов.

Общеизвестно, что деятельность всех органов государственной власти, так или иначе вторгающихся в процессе своей деятельности в сферу прав и свобод граждан, в строгом соответствии с предписаниями конституции регулируется соответствующими федеральными законами. Одна лишь служба ФСКН России создана прямым Указом Президента Российской Федерации, и в отношениях с гражданами эта Служба действует на основании полномочий чрезвычайного характера, порожденных лишь личным усмотрением президента как высшего должностного лица государства, исходя из сиюмоментной понимаемой им лично якобы благой архиважной на фоне других государственных проблем целесообразности, и потому - в обход предусмотренных конституцией законодательных процедур.
Иными словами и по моему уразумению, налицо узурпация Президентом Российской Федерации представительной (народа) власти в лице Государственной Думы и Совета Федерации Законодательного Собрания России.
Создание президентом лично ему, вне Закона и правомочий Правительства Российской Федерации, подчиненной вооруженной структуры за рамками его конституционных полномочий и в обход законотворческих процедур порождает сомнения в легитимности самой ФСКН и в связи с этим - всех принятых ранее и принимаемых сегодня решений и совершения действий на поле конституционных гарантий прав и свобод человека и гражданина Российской Федерации. Что это за решения и что это за действия фактически – обстоятельства общеизвестные, как и результат существования данного «правоохранительного» органа…(наркомания прочно вошла пороком в российское общество).
Правомочия ФСКН России были установлены рядом Указов Президента России, прежде всего – Положением о федеральной службе Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков (Указ от 28 июля 2004 г. N 976), согласно которому госслужащие вновь образованной правоохранительной (силовой) структуры в обход и превышение исключительных полномочий Правительства Российской Федерации были наделены незаконными полномочиями не только по недопустимому осуществлению нормативно-правового регулирования в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, но и полномочиями по обеспечению контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, по осуществлению мер по противодействию их незаконному обороту посредством оперативно-розыскной деятельности, организации и осуществления розыска лиц, которые обвиняются или подозреваются в совершении преступлений, отнесенных в соответствии с законодательством Российской Федерации к подследственности органов наркоконтроля, и скрылись от органов предварительного расследования или суда либо местонахождение которых неизвестно, по выявлению, предупреждению и пресечению преступлений, а также производству дознания и предварительного следствия по уголовным делам о преступлениях, отнесенных законодательством Российской Федерации к подследственности органов наркоконтроля, были наделены полномочиями осуществления производства по делам об административных правонарушениях, которые отнесены законодательством Российской Федерации соответственно к подследственности либо к компетенции органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ. Необходимо особо отметить, что все эти правоохранительные функции были переданы органу власти, собранному из не имеющих никакого отношения к юриспруденции лиц, с образованием бухгалтеров, экономистов, филологов (в моем уголовном деле присутствовал только один юрист ВУЗа «местного разлива» юридического уровня сельхозакадемии – следователь…). Вся эта никем не контролируемая вооруженная вовсе не рогатками, абсолютно безграмотная юридически шайка, исполняя «палочно»-плановые показатели, высыпала на улицы и разбрелась по ларькам, магазинам, аптекам, медицинским центрам и т.п. в поисках наживы и жертв…
Согласно этому же Положению в целях реализации своих полномочий ФСКН России в числе иных прав приобрела и права проводить проверки юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, осуществляющих деятельность, связанную с оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также сильнодействующих веществ, выдавать в установленном порядке предусмотренные законодательством Российской Федерации о наркотических средствах, психотропных веществах и об их прекурсорах предписания и заключения, а также… использовать в целях зашифровки личности сотрудников, ведомственной принадлежности подразделений и организаций, помещений и транспортных средств органов наркоконтроля, а также личности граждан, оказывающих содействие указанным органам на конфиденциальной основе, документы других федеральных органов исполнительной власти и организаций… То есть, по сути полномочий речь идет о создании незаконного секретного вооруженного до зубов спецподразделения или, равно, - незаконного вооруженного формирования - НВФ.
Из содержания только части приведенных мною полномочий ФСКН вытекает их безусловная направленность на незаконное вмешательство в сферу конституционных прав и свобод человека и гражданина, а также гражданско-правовых отношений, законных прав и интересов субъектов экономической деятельности, что в полной мере имело место в моем случае.
Не посягая на право Президента России исполнять предусмотренные Конституцией моей страны полномочия, считаю, что в правовом государстве, уважающем собственную конституцию, и Президент обязан осуществлять свои полномочия исключительно в рамках конституционной законности, а именно «... в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами», как то недвусмысленно вытекает из части 3 статьи 80 конституции. У нас же до сих пор деятельность президента так и не урегулирована федеральным Конституционным законом... при том, что его порой незаконные указы и распоряжения, так получается на практике, почему-то в одностороннем порядке якобы конституционно обязательны, в силу императива части 2 статьи 90 конституции, для исполнения на территории Российской Федерации гражданами. То есть, я — обязана исполнять конституцию и законы, а президент почему-то — нет...
И такая правовая вольница президента в обжалуемых мною конституционных правоотношениях существует при том, что я лишена федеральным Конституционным законом права обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации на предмет проверки конституционности изданного президентом соответствующего Указа или отдельных порожденных «гарантом» моих прав и свобод норм Положения о ФСКН, поскольку конституционный суд, по аналогии с безуспешными попытками граждан обжаловать отдельные позиции некоторых явно незаконных постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации, откажет мне в принятии жалоб к рассмотрению, так как «Указы президента не являются Законами»…
Отсюда - для ФСКН, а также прокуроров и судов в уголовных делах по «народным» нарко-статьям УК РФ, - «что хочу, то и ворочу»! Результаты – повсеместны! На слуху и налицо...
Между тем Основы конституционного строя Российской Федерации, а также гарантии части 3 статьи 55 конституции дают мне формальное право не только игнорировать любые не основанные на федеральном законе требования и притязания ФСКН, но и оказывать адекватное сопротивление вооруженным «до зубов» членам этого НВФ…
Федеральный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» (№ 3-ФЗ от 8 января 1998 года) в действующей редакции предусматривает, что Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, включая запрещенные к обороту вещества, и Порядок внесения изменений и дополнений в этот Перечень, находятся в исключительном ведении и компетенции Правительства Российской Федерации. Установление порядка применения мер контроля в отношении препаратов, которые содержат малые количества наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, внесенных в списки II, III или IV, и поэтому не представляют опасности в случае злоупотребления ими или представляют незначительную опасность и из которых указанные средства или вещества не извлекаются легкодоступными способами, согласно которому (порядку) могут исключаться некоторые меры контроля, установленные настоящим Федеральным законом, также есть исключительная прерогатива Правительства РФ, а функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в части установления предельно допустимого количества наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, которые могут содержаться в препаратах, Федеральный орган исполнительной власти в сфере здравоохранения, то есть, на Минздрав России (ч.ч. 2 – 6 статьи 2, часть 2 статьи 2.1 указанного федерального закона).
Представляется очевидным, что федеральный законодатель не посчитал целесообразным предусмотреть в федеральном законе хоть какие-то властно-силовые правомочия именно ФСКН, оставив право принятия окончательных решений в области практического нормативного регулирования нарко-отношений за Правительством РФ при том, что ФСКН России даже в правительство страны не входит, а подчиняется только Президенту России, словно его личная, но существующая тем не менее за счет бюджета, своего рода какая-то карманная, «придворная», «гвардия» в Центре и на местах.
Иными словами, создание за рамками существующего законотворческого порядка вооруженной силовой структуры и наделение ее властными полномочиями, включая уголовное преследование субъектов нарко-отношений, есть не что иное, как самодеятельность Президента России - Гаранта конституции, то есть Гаранта поруганных произволом этой созданной его же волей структуры моих конституционных прав и свобод…
 
Не предоставляет президенту и правительству никаких прав в части создания своими указами и постановлениями вооруженных силовых структур специального назначения и статья 6 федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» (Органы, специально уполномоченные на решение задач в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также в области противодействия их незаконному обороту). Согласно части первой этой статьи «В целях осуществления государственной политики в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также в области противодействия их незаконному обороту Президент Российской Федерации или Правительство Российской Федерации уполномочивает специально образованные федеральные органы или иные федеральные органы исполнительной власти на решение задач в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также в области противодействия их незаконному обороту».
То есть президент и правительство только «уполномочивают» соответственные органы, но не образуют их.
Общеизвестно, что деятельность по осуществлению уголовного преследования представляет собой деятельность по применению норм права, она может осуществляться только компетентными государственными органами, созданными на основании Закона, и соответствующими предусмотренными Законом должностными лицами (только эти созданные законом органы и должностные лица вправе и обязаны устанавливать фактические обстоятельства дела, давать им юридическую оценку и принимать соответствующие решения по делу), носит государственно-властный, публичный характер, так как обеспечивается принудительной силой государства.
Представляется очевидным, что создание любых правоохранительных органов и наделение их базовыми полномочиями, аналогичными для полиции, Федеральной службы безопасности, прокуратуры, Следственного комитета, Службы судебных приставов, … , обязано осуществляться только Федеральным Собранием Российской Федерации посредством издания соответствующего федерального закона. И уже в этом федеральном законе законодатель вправе предусмотреть делегирование отдельных полномочий по непосредственному регулированию правоотношений президенту и правительству, что вытекает из приводимого ранее содержания части 3 статьи 80 конституции.
Между тем федерального закона «о ФСКН» в России так и нет, а полномочий на произвольно-незаконное прямое и непосредственное нормативное регулирование отношений в сфере моих конституционных прав, свобод и законных (включая коммерческие) интересов, а также, и тем более, силовое вмешательство ФСКН России в эту сферу указами главы государства федеральный орган государственной законодательной (представительной) власти никому не давал! Тем более не давал федеральный законодатель право именно ФСКН осуществлять уголовное преследование субъектов экономической деятельности за неисполнение требований данного базового в нарко-отношениях федерального закона. Для такой цели существовали и существуют иные правоохранительные органы, деятельность которых урегулирована рамками соответствующих федеральных законов, и которые имеют соответствующий наработанный годами вполне плодотворный опыт.
Непосредственным следствием нарушения президентом и федеральным законодателем конституционных гарантий моих прав и свобод, предусмотренных статьями 15 и 55 конституции, явилось последовавшее затем нарушение иных моих конституционных прав во всей их приведенной ранее совокупности.
НАРУШЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНЫМ ЗАКОНОДАТЕЛЕМ НОРМ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА
Как указывалось ранее, согласно 4 статьи 15 конституции общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.
Данной норме конституции корреспондируется норма части 2 статьи 3 федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах», в соответствии с которой если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, то применяются правила международного договора.
Одним из важнейших принципов современного международного права является принцип добросовестного выполнения международных обязательств по международному праву. В настоящее время в качестве общепризнанной нормы поведения субъектов указанный принцип закреплен в Уставе ООН, преамбула которого подчеркивает решимость членов ООН «создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права».
Согласно п. 2 ст. 2 Устава «все члены Организации Объединенных Наций добросовестно выполняют принятые на себя по настоящему Уставу обязательства, чтобы обеспечить им всем в совокупности права и преимущества, вытекающие из принадлежности к составу членов Организации».
В силу принципа добросовестности соблюдения международных договоров субъекты международного права должны выполнять обязательства, вытекающие из международного права, добросовестно, что в полной мере относимо и к России как члену Организации Объединенных Наций.
При этом Россия не может уклоняться от выполнения обязательств, вытекающих из международно-правовых норм, и не может ссылаться на положения внутреннего права или иные обстоятельства как на причину неисполнения или отказ от исполнения своих обязательств. И хотя любое государство может отказаться от исполнения международно-правовых обязательств, однако такой отказ должен осуществляться только на основании международного права, что отражено в Венской конвенции о праве международных договоров в 1969 г.
Из приведенного выше вытекает, что органы государственной власти Российской Федерации, осуществляющие установленные для них функции в сфере судопроизводства и правоохранительной деятельности, обязаны руководствоваться не только отечественным законодательством, но и международными договорами РФ, признанными Россией международно-правовыми нормами, что обусловлено прежде всего квалификацией их в ч. 4 ст. 15 Конституции РФ как составной части российской правовой системы, а также предписанием ч. 3 ст. 5 Федерального закона "О международных договорах Российской Федерации" об их непосредственном действии в Российской Федерации.
В Конституции Российской Федерации каждому гарантируются государственная защита прав и свобод (ч. 1 ст. 45) и судебная защита (ч. 1 ст. 46). Между тем в Международном пакте о гражданских и политических правах не только закреплена формальная обязанность участвующих в Пакте государств обеспечить находящимся на их территории и под их юрисдикцией лицам право на правовую защиту, обеспечиваемое компетентными органами, но и обязанность фактически обеспечивать и развивать возможности судебной защиты (ст. 2). Для этой же цели в рамках Совета Европы действует Конвенция о защите прав человека и основных свобод, согласно ст. 13 которой каждый, чьи права и свободы, изложенные в Конвенции, нарушены, располагает эффективными средствами правовой защиты перед национальными властями.
При этом в Международном пакте о гражданских и политических правах 1966 г. говорится: "Ничто в настоящем Пакте не может толковаться как обозначающее, что какое-либо государство, какая-либо группа или какое-либо лицо имеют право заниматься какой-либо деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на уничтожение любых прав или свобод, признанных в настоящем Пакте, или на ограничение их в большей мере, чем предусматривается в настоящем Пакте".
Между тем деятельность ФСКН представляет собой образчик массового беззакония и произвола. И жаловаться некому! Ибо суды в спорах граждан и их объединений с ФСКН парализованы страхом перед волей всесильного главы государства…


З А К Л Ю Ч Е Н И Е
Как указывалось ранее, согласно части 1 статьи 15 Основ конституционного строя Российской Федерации Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Смысл понятия "высшая юридическая сила", употребленного в первом предложении данной конституционной нормы, раскрыт в ее втором предложении. Этот смысл в моем понимании состоит в том, что Конституция России - это закон законов, высший закон государства. Он обязателен абсолютно для всех государственных и самоуправленческих органов, учреждений и организаций, общественных объединений, любых должностных лиц, а также частных юридических и физических лиц, находящихся на российской территории, независимо от их государственной принадлежности. Он обязателен равным образом для Президента России, Федерального законодательного собрания и для меня…
Отсюда вытекает, что ни один орган власти или самоуправления, не говоря уже об их должностных лицах, не вправе издавать правовые акты по вопросам, которые Конституцией или соответствующим ей иным нормативным актом не отнесены к его ведению. Если такой акт будет издан, его следует признать противоречащим Конституции. То же относится и к актам, которые приняты с нарушением порядка, установленного Конституцией или соответствующим ей иным нормативным актом, а также заведомо неправомочным лицом.
Следует подчеркнуть недопустимость создания правоохранительных (силовых) структур с полномочиями вмешательства в сферу конституционных и гражданских прав и свобод граждан и их объединений без разработки и одобрения соответствующего федерального закона обеими палатами Федерального Собрания, ибо, как уже указывалось ранее, иное, по существу, означает узурпацию законодательной власти парламента.
У меня в мыслях нет покушаться на право государства создавать те или иные органы власти, включая ФСКН, издавать соответствующие нормативные акты (в частности, Указы президента), регулирующие деятельность таких органов, устанавливающие их правоспособность. Однако такого рода акты должны отвечать по крайней мере двум требованиям:

- они должны издаваться на основе и во исполнение законов, т.е. не выходить
за рамки, установленные законами;
- они не могут затрагивать права, свободы и обязанности человека и гражданина.


Нарушение указанных требований имеет следствием недействительность соответствующих актов. Наличие в Конституции по сути запрета на произвол органов государственной власти обусловлено и очевидным стремлением не допустить возрождения практики коммунистического режима, для которой было характерно издание нормативных актов кем попадя не только затрагивавших, но более того – запросто нарушавших конституционные права и свободы граждан.

Создание же единолично Президентом России силовой структуры - ФСКН, вооружение ее и наделение незаконными полномочиями, имеющимися у соответствующих урегулированных в своих правомочиях Законом правоохранительных органов, было изначально осуществлено за рамками полномочий президента, предусмотренных главой 4 конституции, а потому соответствие, т.е. непротиворечие, конституции нормативных актов президента, а также законов и иных нормативных актов, изданных по вопросам федерального ведения палатами Федерального Собрания, Правительства Российской Федерации, согласно положениям соответствующего федерального Конституционного закона проверяется Конституционным Судом Российской Федерации.
Наделив заведомо неконституционно созданную службу ФСКН полномочиями, вытекающими из обжалуемых норм федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ, законодатель России вышел за рамки своих конституционных полномочий, его решения привели к коллизии с федеральным законом «О системе государственной службы Российской Федерации», частью 1 статьи 3 которого основными принципами построения и функционирования системы государственной службы утверждены федерализм, обеспечивающий единство системы государственной службы и соблюдение
 
конституционного разграничения предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации (далее - государственные органы), законность и единство правовых и организационных основ государственной службы, предполагающее законодательное закрепление единого подхода к организации государственной службы.
При этом «Законность» понимается мною как «… - совокупность требований точного соблюдения норм, содержащихся в законах и основанных на них подзаконных нормативных актах, всеми участниками общественных отношений (государством, его органами, должностными лицами, общественными организациями, гражданами). Она закрепляется в конституции и других законах как принцип, реализуется в метод деятельности всех носителей прав и обязанностей и становится таким образом режимом общественной жизни, суть которого в том, что большинство участников общественных отношений соблюдает, исполняет правовые требования и предписания».
Наделение ФСКН незаконными полномочиями на вмешательство в сферу конституционных и гражданских прав и свобод человека и гражданина противоречит и федеральному закону «О государственной гражданской службе Российской Федерации», согласно которому гражданский служащий обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, конституции (уставы), законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации и обеспечивать их исполнение (часть 1 статьи 15). При этом в силу ч.ч. 2 и 3 статьи 15 данного закона гражданский служащий не вправе исполнять данное ему неправомерное поручение. При получении от соответствующего руководителя поручения, являющегося, по мнению гражданского служащего, неправомерным, гражданский служащий должен представить в письменной форме обоснование неправомерности данного поручения с указанием положений законодательства Российской Федерации, которые могут быть нарушены при исполнении данного поручения, и получить от руководителя подтверждение этого поручения в письменной форме. В случае подтверждения руководителем данного поручения в письменной форме гражданский служащий обязан отказаться от его исполнения. В случае исполнения гражданским служащим неправомерного поручения гражданский служащий и давший это поручение руководитель несут дисциплинарную, гражданско-правовую, административную или уголовную ответственность в соответствии с федеральными законами.
Налицо очевидная коллизия норм законов: указ президента, федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ наделяют оперативных сотрудников, дознавателей и следователей ФСКН соответствующими полномочиями; однако конституция и федеральный закон «О государственной гражданской службе Российской Федерации» не допускают исполнение данными должностными лицами соответствующего указа президента в части незаконных полномочий на вмешательство в сферу конституционных прав, свобод и обязанностей человека и гражданина под угрозой уголовного преследования за исполнение…
Понятие "жертва" раскрывается в Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью от 29 ноября 1985 года. В п.п. 1 и 18 декларации устанавливается, что жертвами следует считать лиц, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения, или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действий или бездействия, нарушающих действующие национальные уголовные законы, включая законы, запрещающие преступное злоупотребление властью, либо действий, не представляющих собой нарушения национальных уголовных законов, но являющихся нарушением международно признанных норм, касающихся прав человека.
Понимая, что не вправе обращаться в Конституционный Суд Российской Федерации на предмет исследования конкретных обстоятельств моего уголовного дела, констатирую, что я – жертва не только произвола, общеизвестно творимого во всей его чудовищности по всей стране ФСКН при полной поддержке прокуратуры и судов. Я прежде всего - жертва беззакония Главы государства и Федерального собрания РФ, создавших исчадие ада – ФСКН – из возненавиденной народом Маски-Шоу Налоговой полиции (кстати, в бытность урегулированной в своей деятельности федеральным законом…). Я есть жертва неконституционных действий одного органа государственной власти – создавшего незаконное вооруженное формирование с функциями правоохранительного органа и наделившего это незаконное формирование базовой правоспособностью, и второго – делегировавшего незаконно созданной президентом структуре полномочия сыска и предварительного расследования.
Между тем МЕЖДУНАРОДНЫМ ПАКТОМ от 16 декабря 1966 года О ГРАЖДАНСКИХ И ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРАВАХ предусмотрено следующее…

  • Ничто в настоящем Пакте не может толковаться как означающее, что какое-либо государство, какая-либо группа или какое-либо лицо имеет право заниматься какой бы то ни было деятельностью или совершать какие бы то ни было действия, направленные на уничтожение любых прав или свобод, признанных в настоящем Пакте, или на ограничение их в большей мере, чем предусматривается в настоящем Пакте. Никакое ограничение или умаление каких бы то ни было основных прав человека, признаваемых или существующих в каком-либо участвующем в настоящем Пакте государстве в силу закона, конвенций, правил или обычаев, не допускается под тем предлогом, что в настоящем Пакте не признаются такие права или что в нем они признаются в меньшем объеме (ч.ч. 1 и 2 статьи 5);

  • Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей. Никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом (статья 9);

  • Никто не может быть лишен свободы на том только основании, что он не в состоянии выполнить какое-либо договорное обязательство (статья 11);

  • Все лица равны перед судами и трибуналами. Каждый имеет право при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (часть 1 статьи 14).
    (При этом российский суд, обязанный исполнять императивное требование статьи 17 УПК РФ, не обращает внимание на то, что уголовное преследование велось заведомо незаконным органом).

  • Никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств (ч.ч. 1 и 2 статьи 17)
ФСКН своей деятельностью в сложившейся обстановке полной бесконтрольности и неподотчетности Федеральному Собранию, а также Правительству Российской Федерации, будучи фактически неподсудной в самой возможности судебного обжалования творимого произвола (кто сегодня готов рискнуть карьерой и, порой, свободой, пойдя против личной воли всемогущего в России президента?) свела на нет все мои вышеприведенные конституционные гарантии, а также гарантии, предусмотренные нормами международного права.


В Ы В О Д Ы
Таким образом, примененные в моем деле обжалуемые нормы пункта 9 статьи 13 Федерального закона от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", в соответствии с которым на территории Российской Федерации право осуществлять оперативно-розыскную деятельность предоставляется оперативным подразделениям органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, подразумевая под этими органами ФСКН; пункта 1 части 1 статьи 40 "Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ, в соответствии с которым к органам дознания относятся органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, в том числе территориальные и входящие в их структуру межрайонные, городские (районные) органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, подразумевая под этими органами ФСКН; пункта 5 части 2 статьи 151 "Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ, в соответствии с которым предварительное следствие производится следователями органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ - по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 226.1 (в части, касающейся контрабанды сильнодействующих или ядовитых веществ), 228 частями второй и третьей, 228.1, 228.4, 229, 229.1, 230 частями второй и третьей, 231 частью второй, 232 частями второй и третьей, 234 частями второй и третьей Уголовного кодекса Российской Федерации, подразумевая под этими органами ФСКН; пункта 8 части 3 статьи 151 "Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" от 18.12.2001 N 174-ФЗ, в соответствии с которым дознание производится дознавателями (следователями) органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ - по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 228 частью первой, 228.2, 228.3, 230 частью первой, 231 частью первой, 232 частью первой, 233, 234 частями первой и четвертой и 327 частями первой и третьей Уголовного кодекса Российской Федерации, подразумевая под этими органами ФСКН, не соответствуют ч.ч. 2 и 4 статьи 15 Основ конституционного строя, а также части 3 статьи 55 как допускающие вмешательство в сферу конституционных прав, предусмотренных статьями 17, 18, 21, 22, 23, 25, 27, 34, 45 и 46 Конституции Российской Федерации, правоохранительным органом (ФСКН России), созданным не на основании федерального закона.


В соответствии с изложенным, руководствуясь ч. 4 ст. 125 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 3, 36, 74, 96, 97 Федерального Конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», ПРОШУ…
признать пункт 9 статьи 13 Федерального закона от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", а также пункт 1 части 1 статьи 40, пункт 5 части 2 статьи 151 и пункт 8 части 3 статьи 151 «Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" не соответствующими Конституции Российской Федерации.


ПРИЛОЖЕНИЯ (согласно ч. 3 статьи ФКЗ (в ред. Федерального конституционного закона от 04.06.2014 № 9-ФКЗ)


1. Копия настоящей жалобы.
2. Приговор Нальчикского городского суда и одна его копия.
3. Текст обжалуемых норм федеральных законов – 2 экз.
4. Квитанция об уплате государственной пошлины 300 рублей и ее копия.




 


_______________ (В.М. Смирнова) ______________ 2014 г.
Страницы: 1
Читают тему (гостей: 1)

Наши  партнеры
Новое на форумах
24.06.2019 12:57:57
Родственник в качестве защитника
Просмотров: 360655
Ответов: 901
23.06.2019 14:36:29
Помогите, пожалуйста, советом!
Просмотров: 116889
Ответов: 464
23.06.2019 10:27:00
НАРКОПРЕСТУПЛЕНИЯ НАРКОПОЛИЦИИ
Просмотров: 57731
Ответов: 214
22.06.2019 11:22:36
СПАСИБО!!
Просмотров: 9448
Ответов: 39
22.06.2019 10:23:47
Законотворчество в сфере оборота наркотиков
Просмотров: 544682
Ответов: 545
21.06.2019 16:12:50
Проверочная закупка
Просмотров: 193181
Ответов: 595
21.06.2019 07:47:59
ПОПОЛНЕНИЕ ПОДБОРКИ ПОЛЕЗНЫХ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ
Просмотров: 64556
Ответов: 133
19.06.2019 23:43:10
ВСТАВАЙ, СТРАНА ОГРОМНАЯ!
Просмотров: 125824
Ответов: 524
19.06.2019 15:53:05
Наркологический учет
Просмотров: 80171
Ответов: 110
Рекомендации